alejorojas (alejorojas) wrote,
alejorojas
alejorojas

Category:

Судьба коммуниста


Взято здесь... хоть стой, хоть падай!

С историей «сталинских строек коммунизма» конца 30-х – начала 40-х годов на территории нашей области неразрывно связано имя майора госбезопасности Павла Васильевича Чистова (1905-1982) (рис. 56).



В течение многих лет занимал руководящие посты в структуре Самарлага и его «преемника» - Безымянлага. А для историков и краеведов этот персонаж интересен в первую очередь следующим. Если первая часть его биографии рисует нам типичный портрет несгибаемого работника советских правоохранительных органов, сделавшего блестящую служебную карьеру, то во второй половине своей жизни Чистов был вынужден много лет провести на лагерных нарах с клеймом «врага народа». Впрочем, обо всем по порядку.

Чистов родился в Москве, в 1921 году вступил в комсомол, а уже в 1923 году, то есть в 18-летнем возрасте, он пришел на работу в ОГПУ. В течение следующих 14 лет он прошел по служебной лестнице путь от практиканта отделения регистрации иностранного отдела ОГПУ до начальника УНКВД по Челябинской области. Последнюю из названных должностей он занял в июле 1937 года, когда предыдущего начальника увезли в «воронке» в подвалы Лубянки. После этого всего за полгода через областную «тройку», возглавляемую Чистовым, прошло более 12,5 тысяч человек, из которых почти 6 тысяч были приговорены к расстрелу. За свое усердие «несгибаемый чекист» в декабре 1937 года был удостоен Ордена Ленина, а затем переброшен «для укрепления кадрового состава» в Донецкую область, где к тому времени уже расстреляли прежнего начальника УНКВД. Здесь при непосредственном участии Чистова по приговору «тройки» было казнено еще несколько тысяч человек.

После того, как в декабре 1938 года с поста главы НКВД СССР был смещен Н.И. Ежов, а его место занял Л.П. Берия, в стране началась волна пересмотра множества дел «врагов народа». Тысячи человек были оправданы, а их места в лагерях заняли обвиненные в нарушении социалистической законности «ежовские соколы», оказавшиеся особо рьяными в деле пыток и расстрелов. Однако до Чистова бериевские «контролеры» тогда так и не добрались, поскольку он, почувствовав, что вокруг «запахло жареным», заблаговременно ушел с оперативной работы на хозяйственную должность в структуру Самарлага НКВД СССР, возводившего гигантскую ГЭС у подножия седых Жигулей. С осени 1938 года он стал заместителем начальника Волгостроя, а с весны 1939 года – начальником этого строительства. На этом посту Чистов получил чин старшего майора госбезопасности, что соответствует армейскому званию генерал-майора.

После того, как в сентябре 1940 года Волгострой был законсервирован, а Самарлаг ликвидирован, Чистов был назначен заместителем начальника Особстроя и Безымянлага. Однако вскоре после начала Великой Отечественной войны он был вынужден оставить теплую хозяйственную должность и отправиться на Юго-Западный фронт. Здесь как раз требовались опытные чекистские кадры для работы с командным составом Красной Армии в тяжелой обстановке немецкого наступления. В конце августа 1941 года Чистов прибыл в штаб одной из армий, дислоцировавшейся севернее Киева, но сделать здесь почти ничего не успел, потому что 3 сентября противник внезапно прорвал линию фронта. Чистов в тот день выехал на служебной машине в район Конотопа (ныне он находится в Сумской области на Украине), и по дороге был взят в плен немецкой разведгруппой. Впоследствии Чистову вменялся в вину не столько сам факт его задержания, но главным образом то обстоятельство, что он «при появлении врага не оказал никакого сопротивления», то есть сдался в плен фактически добровольно.
Во время допросов в немецком штабе Чистов сообщил все, что ему было известно о советских оборонительных сооружениях, о работе штаба Юго-Западного фронта, о структуре и кадрах органов НКВД в прифронтовой полосе и на оккупированной фашистами территории, а также о многом другом. В связи с его добровольными признаниями бывший старший майор госбезопасности получил в немецком лагере, расположенном в Восточной Пруссии, привилегированную должность старшего банной команды (рис. 57).

На этой «должности» он благополучно сумел дожить до прихода советских войск.

Прямиком из немецких бараков всех военнопленных отправляли в советский фильтрационный лагерь, где сотрудники СМЕРШ тщательно изучали каждого попавшего к ним человека. При этом Чистова сразу же заподозрили в сотрудничестве с немецкой администрацией, потому что в противном случае невозможно было объяснить, как это ему, генералу-чекисту, удалось остаться живым после нескольких лет пребывания в плену. Проверка по его делу длилась полгода, и в результате «смершевцам» удалось выяснить, что Чистов, хотя и занимал «блатную» должность, лагерным «стукачом» все же не был, хотя участия в работе подполья также не принимал. Это помогло бывшему генералу избежать расстрела, но тем не менее за сдачу в плен он был приговорен к 15 годам заключения в лагерях. Почти весь свой срок Чистов провел на Колыме. Лишь в июне 1956 года он был реабилитирован и смог вернуться в Москву, где до середины 70-х годов работал простым бухгалтером в одном из небольших учреждений (рис. 58).

Чистов тихо скончался в своей маленькой комнате в Москве в 1982 году. Говорят, о своей «эпопее» в немецких и советских лагерях бывший чекист в течение всей послевоенной жизни никогда и никому не рассказывал.


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments